Каши, Бенарес, Варанаси — у него много имён. Этот город древней, чем сама история. Я здесь в первый раз, а кажется, что была когда то очень-очень давно. Уверена, что наверняка возникнет желание отдать дань уважения городу, в котором я многое осознала. Я долго не могла начать описывать мою поездку, потому что писать о Варанаси не имеет никакого смысла, не написал о нем только ленивый. Его или чувствуешь и всем сердцем любишь со всеми его недостатками, ничего не требуя взамен, или видишь все остальное… Поэтому я попробую описать то, что происходит с людьми, приезжающими в Варанаси первый раз. Их сразу можно разделить на три категории: 1 группа — это индийские пилигримы, которые стекаются сюда, чтобы принять участие в коллективном омовении в Ганге и петь на ежевечерней арати одну из самых красивых мантр — Гаятри. Считается, что только одно желание приехать в этот вечный город, способно освободить тебя от кармы нескольких жизней, а уж любое благое действие даёт надежду на просветление. 2 группа-это чистые, нарядные туристы, которые рискуют жить в нечистой части города. Но и они не в силах сдержать свой пыл в просмотре главной достопримечательности Каши — ритуалов сожжения мертвых тел, которые к радости туристов проходят здесь круглосуточно. Здесь у каждого есть 100% гарантия, когда бы вы ни приехали, обязательно будете иметь удовольствие проводить кого-нибудь в последний путь. Обычно туристы передвигаются на небольших лодках по реке и осматривают все не причаленное, держась на приличном расстоянии. 3 группа- фрики. Обычно это молодые люди, приехавшие в Индию для просветления и получения знаний о жизни и смерти. Для них тут раздолье. На набережной можно увидеть в огромном количестве всевозможных ярких, харизматичных личностей — Свами, Баба, Йогинов — настоящих и не очень. Многие из них всего лишь шарлатаны, утверждающие, что покинули суетный мир ради истины, но при этом сидящие на шее у государства и местного населения. Некоторые, весьма оригинальной внешности, открыто покуривают трубку мира и за небольшие деньги с удовольствием позволяют сделать коллективное фото на память. Проходя мимо, я опасалась такого взаимодействия быстрорастворимой нирваны. Но получить незабываемые впечатления все же удалось, хотя я старательно этого избегала. Что бы привлечь туристов, они готовы показать, прямо сказать, шокирующие фокусы, выделывающие со своим телом противоестественные па. Каждый, безусловно, делает свой выбор. Но есть другая категория людей. Это те, кто приехав в этот город, навсегда меняют свою жизнь, проведя черту, разделяющую на до и после. Кто-то сказал, что даже просто спать в Варанаси равно медитации. Поэтому в этом городе смерти нужно просто быть. Проблема состоит в том, что быть здесь совсем не просто. На это есть несколько причин. Так уж получилось, что у них есть один источник-это страх, который охватывает каждый раз, как только ты приближаешься к одному из гхатов. Гхаты — это спуски к воде, состоящие из длинных выщербленных лестниц, из которых состоит весь город. Гхат — это место для ритуального омовения на берегу реки. Как правило, гхат представляет собой часть набережной, оборудованную спуском к воде и др. удобствами для паломников и местных жителей. В Варанаси гхаты образуют непрерывную набережную, которая тянется вдоль левого (высокого) берега реки на протяжении около 6 км. Основная линия гхатов начинается (по течению реки) с Асси-гхата в южной части Варанаси и заканчивается в районе Радж-гхата у железнодорожного моста. Вдоль гхатов тянутся величественные дворцы и храмы, построенные в основном ок. 100-200 лет назад. Окна некоторых гостиниц также выходят на гхаты, хотя таких немного. Некоторые из гхатов используются как открытые крематории. Главный из них – Маникарника-гхат, где процесс кремации непрерывно длится уже 2.500 лет. На Дашашвамедха-гхате каждый вечер проводятся красочные церемонии поклонения Ганге, на которые собираются сотни зрителей. Прогулки по гхатам – это самое интересное, что предоставляет Варанаси для туристов. Интересней только прокатиться вдоль гхатов на рассвете, когда тысячи людей принимают омовение в священной Ганге. Кататься на лодках можно и в любое другое время от рассвета до 9-10 вечера. Прогулка стоит около 150 рупий с человека и длится около 1 часа.
Старый город не имеет названий улиц, поэтому для нас здесь нет ориентиров. Узкие лабиринты улиц способны запутать уже через 5 минут. Куда идти вообще непонятно. Таким образом, ты оказываешься в самой гуще индийских реалий. Возникает ощущение абсолютной незащищённости от происходящего сюра вокруг. Как будто ты оказался в каком-то фильме и наблюдаешь со стороны за происходящим. Огромное количество животных встречаются на пути в узких переулках: коровы, бесчисленное количество собак, козы и даже огромные семьи поросят. Поэтому мусор здесь не залёживается. Иногда на тебя наезжают вечно сигналящие байки, зазывалы пытаются продать хоть что-нибудь, с чем ассоциируется их город: благовония, статуэтки, шёлк. На все это сверху взирают обезьяны. Запахи всех видов жизнедеятельности: готовят еду, жгут благовония, испражняются люди, и животные. Здесь есть все. Страх зарождается уже в начале пути. Сначала он незаметен. Тебе просто неприятно, и это понятно. Ты старательно выберешь место, боясь вляпаться в чьё то дерьмо, следишь за тем, чтобы не обворовали, стараешься не думать о заразных болезнях. Но постоянно отовсюду доносятся различные звуки выхаркивания. Индусы делают это особенно громко, не стесняясь, считая это естественным процессом. И не важно, чего ты боишься конкретно, а важно лишь то, что страх проникает в тебя незаметно, завоёвывает все новые и новые территории. Он лишает возможности смотреть вокруг, потому что ты идёшь, не поднимая головы, лишает возможности смотреть в глаза людям. Страх парализует все: любопытство, интерес, уважение, и, конечно, любовь, которая здесь не спрятана, а присутствует во всем. Но,чтобы увидеть её проявления, надо сначала пройти сквозь парализующий тебя страх.
И тогда начинается твой Варанаси. Если ты принял решение идти в глубину своего страха, то твой путь лежит к каждому гхату с толпами лжепророков и заклинателями змей, зазывающими лодочниками и разного рода отбросами, даже с точки зрения местных. Туда, где происходит главная церемония сожжения, ради которой приезжают все виды туристов и паломников, ради которой задуман сам Варанаси, таким, каков он есть. На первый взгляд, это огромный круглосуточный, бесперебойный крематорий. Всего-навсего. Но это только на первый взгляд. Варанаси-это портал, соединяющий этот мир с потусторонним. Каждый индус мечтает о билете в одну сторону. Они верят, что умереть и быть сожженным в этом священном месте, значит открыть дорогу в мокшу, пространство, где больше не существует цели рождений и страданий. Говорят, именно здесь, на Маникарнике, и поднялся огненный столп Шивы. Говорят, угли от этого огня не гаснут многие тысячи лет, и от них и зажигают погребальные костры.
У самого берега догорает костер с чьими-то останками, на гхате пылают еще семь, самый большой на специальной площадке около колодца. Конкретное место костра, его размер и цена кремации определяются «королем домов» безо всякого тарифа, по субъективной оценке платежеспособности семьи покойного. Семьи в белых траурных одеждах сидят у костров. В белых одеждах они будут ходить еще 10 дней, и в эти дни в доме покойного не готовят пищу. Мастера костровых дел, в черном, следят за кострами, поправляют поленницы. Но зажечь костер должен сын, или старший в семье мужчина. Из одного костра торчат ноги, в другом, меж поленьев, висит рука. Кто-то совершает ритуал «хома» — бросает в огонь в качестве жертвенного дара благовония и масло. Жрецы негромко читают мантры.
И вдруг в какой то момент ты сдаёшься на повеление этому старому городу. Это значит, что ты позволяешь себе умереть не физически. Ты умираешь в тех образах, что существовал до приезда сюда. Кем ты был все это время? Дочь, мать, сестра, специалист, бизнес вумэн и так далее? Все эти маски начинают спадать, оголяя твоё нутро. Здесь уже совершенно не важно, кем ты был до приезда.
Древний город словно питается масками людей. Срывая и сжирая её одну за другой.
Так ты сидишь на церемонии сожжения по несколько часов в день, наблюдая за тем, как огонь уничтожает то, что ещё недавно было человеком, оголяя сначала тело, потом слизывая мясо с костей и в конце концов испепеляя и их.
В небо поднимается рыжий огонь и черный дым. Отблески огня во тьме, тени людей, силуэты храмов, на миг вырванные из темноты – жуткая, какая-то средневековая картина, которую трудно забыть. Долго стоим, глядя на нее в каком-то оцепенении. Задаешься только одним вопросом: кто же я на самом деле? Если все, что останется от тела-это пепел. И так, сбрасывая с себя одну за другой маски и бросая их в огонь, ты потихоньку открываешь себя самого настоящего. Открываешь мир, а он, как следствие, открывается тебе. И тогда, уехав на другой берег Ганги, который у индусов ассоциируется с потусторонним миром, ты сидишь на песке с каким-нибудь отшельником Агхори и как галлюцинацию увидишь свою жизнь. Увидишь своё колесо Сансары. Но, главное, возможно впервые ты заметишь, какое количество сил и энергии ты тратишь на то, чтобы казаться, но не быть. Не быть собой. Тратишь время на проживание чужой жизни, проживание чужого сценария. И только с той стороны реки мистического проживания, по ту сторону жизни, как никогда раньше, обещаешь ценить каждое мгновение жизни. Потом встанешь, и уже не брезгуя, не боясь, войдёшь в воды Ганги. Посмотришь на город, но теперь впервые заметишь золотой свет, который он источает, словно Амриту, Нектар бессмертия. И поймёшь, что значит его древнейшее название — Каши — Сияющий. Поэтому, погасив свет своего внутреннего проекта, ты начинаешь видеть его внутренний свет. Этот город пугает, и не всем его удаётся увидеть и почувствовать по-настоящему. Но если хватит смелости, и тебе повезёт, то он откроется. В этот город приезжают умирать, но нигде больше так не чувствуется торжество жизни. И что бы не происходило здесь многие тысячи лет до этого: набеги моголов, фестивали лжепророков, безбашенных экзорцистов, обкуренных хиппи. Ничто не прилипает к стенам этого города и не способно скрыть его внутренний свет от тебя, если ты предан идее найти свой путь к освобождению. Варанаси — особенный город для меня, который оставил неизгладимое и незабываемое впечатление, понимание и осознание того, о чем я раньше и не догадывалась.